Цитаты Макса Фрая

Безделье, грустные мысли и философская литература могут довести до депрессии куда скорее, чем колдовские штучки.

В тот раз я не сделал ни единой глупости только потому, что не успел.

Иногда следует ошибиться для того, чтобы быть правильно понятым.

Быть живым человеком в большинстве случаев очень больно. В каком-то смысле живой — есть раненый. Вопрос только в том, кто чем себя глушит. Тут главное подобрать достойную анестезию.

Иногда ужасно хочется взять да и выложить все начистоту, без цензуры — просто чтобы посмотреть на лицо собеседника.

Маленькие и яркие подушки, валяющиеся вокруг меня, уже не просто лежат, а ползают, как маленькие и мягкие домашние черепашки. Ляжешь спать, а они сами вокруг тебя и соберутся. Так удобно!

Если учесть, что все мы в той или иной степени подвержены заблуждениям, следует выбирать для себя убеждения, которые доставляют максимальное удовольствие.

Если напряженно смотреть в глаза чуду, оно может смутиться и не произойти – просто потому, что человеческие глаза не так уж привычны к чудесам.

Всё будет так, как захотим мы. Замечательно будет. Остальное всего лишь декорация к нашей пьесе.

Всякий человек сам себе колесо фортуны и черт из табакерки, единственная и неповторимая причина собственных бед.

Ночь – это ночь, ночью в любую ерунду можно уверовать, был бы проповедник хороший. А утром все не так.

Хвалить меня — очень правильная стратегия. Из добросовестно похваленного меня можно свить не одну сотню метров хороших, качественных верёвок. Вещь, как известно, в хозяйстве необходимая.

Хорошие шутки — то единственное, что следует оставлять после себя, покидая любой из миров!

Кофе… Надо пить всегда и везде, при всяком удобном случае, он превращает существование в жизнь

Я вообще люблю уезжать, потому что, не уехав из одного города, довольно затруднительно приехать в другой, а приезжать мне нравится больше всего на свете.

Себя надо любить и хвалить. Не поручать же такое ответственное дело чужим людям

Вот почему, почему в апреле всегда кажется, ещё немножко и всё наконец-то будет хорошо. И в мае, когда начинают цвести вишни, кажется: да-да-да, вот-вот-вот, оно, оно, ещё чуть-чуть — и… И! Неизвестно что, непонятно как, неведомо зачем, но будет-будет-будет, сбудется, и тогда начнётся настоящая жизнь, сейчас и вообразить невозможно, какая она, только тосковать оттого, что ещё не началась.

Любить стоит только тех, кто в данный момент находится рядом, и только до тех пор, пока за ними не закроется дверь.

Побольше глупых мелких проблем, дорогуша, и ты, возможно, забудешь о своей единственной настоящей проблеме.

Мы с тобой молодцы, сделали все, что могли. Осталось еще сделать все, чего мы не можем, и тогда успех гарантирован.

Чувства, которые я испытываю при виде тебя, находятся по ту сторону слов.

Надо, чтобы ни один из дней твоей жизни не был похож на прочие – рецепт вечной молодости.

Все-таки хороший собеседник — это величайшая роскошь, недоступная большинству существ, родившихся под этим небом.

Я пошарил по закромам моей души в поисках маленького благоразумного паренька, который нередко приходит мне на помощь в критических ситуациях. Кажется, его не было дома.

Встанешь невольно на точку зрения противника, а потом глядишь — никакого противника уже и в помине нет.

Не держи никого, пусть уходят, это их выбор.

Все равно, если хочется изменить жизнь, надо ее менять. Все-таки своя жизнь, не чужая. Жалко.

Макс Фрай

Все уже так хреново, что хуже быть не может. Следовательно, может быть только лучше. Логично?

Стоит посмотреть на этих нормальных ребят и на эту слегка чокнутую леди, и сразу хочется пару раз стукнуться головой о ближайшее дерево, для полной уверенности, что меня никто никогда не вылечит, потому как наше безумие – отличная штука.

Когда дело доходит до пешей ходьбы, ее темперамент становится совершенно невыносимым!

Всемогущим небесам, разумеется, мои сетования были до задницы.

Небеса всемогущие, что ж вы, гады, со мной делаете! — подумал я.

Когда человек оказывается на своём месте, он – весь, целиком – внезапно обретает смысл.

Нет ничего глупее, чем объяснять невозможные вещи, цепляясь за обыденные конструкции: только ногти сорвешь, ерундой занимаясь.

Я зритель. Мы ничего не создаем, мы навсегда остались в том времени, когда ушли из мира людей. Мы можем только смотреть, как мир течёт отдельно от нас.

Поэт пишет не для людей, и не для богов, и даже не для вечности, которая вряд ли умеет читать, а лишь потому, что обжигающие слова приходят неведомо откуда и безжалостно раздирают грудь.

После того как человек единожды преодолел границу своей реальности, никаких границ для него больше не существует, разве что воспоминания о том, что они были.

Даже ничего не имеющий человек всегда и очень быстро обрастает имуществом, как бродячие собаки блохами.

Как хорошо, что человек не способен страдать очень долго. Исчерпав свой лимит, мы рано или поздно спокойно переключаемся на что-то другое.

Один из самых простых способов любить город, в котором живешь, – время от времени смотреть на него глазами чужака (если, конечно, злая судьба не забросила тебя в совсем уж мерзопакостную дыру).

Скептический ум — страшное оружие в борьбе с собственным счастьем.

Я близорук, но очки носить не люблю, да они и не особо нужны, в принципе, я всё вижу — приблизительно, в общих чертах, и это, как правило, к лучшему, ничто так не красит мир, как возможность дорисовать его детали в своём воображении.

Процесс воспитания тоже здорово похож на какую-нибудь зловещую магию: день за днем тебя превращают в кого-то, кем тебе совершенно не хочется быть. В подавляющем большинстве случаев это срабатывает, к сожалению.

Перед разлукой люди, как правило, ужасно озабочены, что бы такое значительное сказать или сделать. Ну и пока они тужатся, время  безжалостно уходит…

Я не люблю возвращаться. Во всяком случае, туда, откуда я ушёл в твёрдой уверенности, что это навсегда.

У всякого талантливого лжеца случаются моменты вдохновения, когда он не просто убедительно врет, но сам свято верит каждому своему слову.

Если время от времени не совершать невозможное, непонятно, зачем вообще было рождаться на свет.

Ложь – пагубная привычка: стоит однажды научиться, и тут же начинаешь лукавить даже наедине с самим собой.

Что ж, могло быть и хуже. Могло быть совсем паршиво.

Просто мне позарез нужно, чтобы иногда случалось нечто из ряда вон выходящее. Необыкновенное. Необъяснимое.

Физический труд благотворно воздействует на примитивные существа.

И не надо никому ничего рассказывать: тебе все равно не поверят, а чужие сомнения всегда мешают любой магии.

Старость и смерть – это заразные заболевания каждого с неминуемым летальным исходом, лекарства от которого еще не придумали. Причем, передаются они по наследству.

Никогда не знаешь, где тебе повезет.

Справедливость как таковая вообще не является одним из непреложных законов вселенной: это понятие – всего лишь порождение великой потаенной мечты каждого человека получить хоть какую-то награду за свои истинные и мнимые достоинства, не оцененные ближними…

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector